Колодцы

Есть места, придя в которые, ты можешь мысленно провалиться на 700 лет в глубь времен. В таких местах за семь веков практически ничего не изменилось.
Именно такое место — двор с колодцем, в котором начинается действие романа «Провинциал». Колодцы уже тогда соединяли эпохи, пронизывая пространственных стержнем временную глубину.
Вокруг колодцев кипела жизнь, и эпохи сменялись эпохами.
Небесным покровителем Дефана, героя книги, был Иосиф Прекрасный. Его отец Иаков повстречал его мать у колодца, когда та поила овец. А самого Иосифа братья бросили умирать в пустой колодец, невольно дав ему новую жизнь.
Поэтому и Дефан видел в колодцах нечто особенное. Вот как описан этот колодец в книге

Очевидно, отметил про себя Дефан, колодец и был тем центром, вокруг которого вращалась жизнь монастыря. Возможно, его каменная кладка была старше не только монастыря, но и любого строения в «Новом городе Авиньона». Вероятно, осваивая противоположный берег Роны, жители столицы Прованса начали с того, что обеспечили и себя и свой скот чистой питьевой водой.
Именно в те давние времена только отрытый колодец был, скорее всего, окружен кладкой гигантских валунов, слегка обработанных человеком после длительной обработки природой. Как оказалось, колодец расположили в удачном месте. Он был нужен людям и тогда, когда стоял на пересечении пастушьих троп, и тогда, когда спустя десятки (а может и сотни) лет, оказался посреди строящегося города.
Именно поэтому, спустя годы он не только не был заброшен, но и обзавелся круглыми стенами, сложенными из аккуратно тесанных каменных блоков, с выемками по верхнему краю последнего ряда.
Таким колодцем пользовались не только пастухи, но и горожане – первые поселенцы Вильнева. Возможно, в то время колодец был центров общинной жизни всего поселка, и к колодцу приходили люди, поделится последними новостями, обсудить дела поселка или попросить друг у друга о помощи.
Прошла еще пара тройка десятилетий, и колодец оказался внутри монастырских стен. Община, выросшая на берегу Роны, захватила некогда общественное место, придав ему святости, но сохранив центральное значение, согласившись закрутить вокруг источника воды вихри собственной жизни. И уже монахи придали ему окончательный вид, накрыв каменным шатром, под стать стилю всех сооружений обители.
Очевидная древность колодца увеличивала его сакральное значение. Даже «одевшись» в камень, обработанный под стать всему остальному в монастыре, он оставался особенным. И, несомненно, именно колодец был настоящим центров общины, отодвигая на второй план и церковь, и скрипторий и баптистерий, и мельницу, и кузницу, и огороды.

 

Оставить комментарий