Гвельфы и гибеллины

Четырнадцатый век проходит под знаком противостояния гвельфов и гибеллинов, и оно стоит того, чтобы посвятить ему несколько постов.
Отдельно расскажу о происхождении этих названий, который казались странными уже в пятнадцатом веке. Отдельно расскажу о том, почему, несмотря на внешнюю непримиримость, это противостояние могло проходить в разных конфигурациях, и гибеллины могли сражаться между собой, а «черные» гвельфы притеснять «белых».
Сегодня я расскажу о том, что остается актуальным и по сей день. Гибеллины, как известно, были поклонниками власти императора (по сути, императоров, а изначально Штауфенов, от названия родового замка которых — Вайблинген — и получили свое название). Гвельфы поддерживали пап и духовную власть.
И в этом смысле, четырнадцатый век, в который светская аристократическая власть повсеместно укрепляется, а папская власть, особенно после переезда в Авиньон, находится в упадке, придает сторонников каждого из течений совершенно определенную политическую окраску.
Из гибеллинов получаются образцовые патерналисты, которые везде, где бы не оказались строят монархии или диктатуры, опираясь на дисциплину и военную силу. Гвельфы становятся республиканцами, развивающими демократию, и придерживающиеся принципов свободной организации общества.
Неудивительно, что гвельфы создают процветающие города и области, такие, как Флоренция, и множат богатства, не забывая развивать культуру (нейтральная Венеция, близкая к гвельфам идеологически, тоже может служить хорошим примером).
И столь же неудивительно, что гибеллины создают прекрасные армии, и преуспевают в сражениях, наводя на гвельфские города ужас и трепет.
Одним из символов этого разделения становится Каструччо Кастракани — кондотьер, который за счет своих военных успехов, возглавляет вначале Пистойю, а затем и Лукку — крупные тосканские города.
Каструччо восхищает Макиавелли, который посвящает ему отдельную книгу, и на какое-то время становится постоянно нависающей над благополучной Флоренцией угрозой.
Республиканская Флоренция опасается военной мощи и выучки бывшего кондотьера, и боится потерять и свое свободное общество, и благосостояние, возникшее за счет свободы предпринимательства.
Каструччо, в свою очередь, не отягощен мыслями о созидании, и готов завоевывать и приводить к дисциплине все новые территории, не особо переживая о том, что будет в случае поражения.
Образ мысли военного подразумевает, что поражения — часть жизни, и за ними следуют победы. Патерналистский образ мыслей заставляет думать, что наличие государя в каждой отдельно взятой области или городе — большая ценность, чем динамичное развитие и общественные свободы.
Пожалуй, мировоззренческий конфликт гвельфской Флоренции и гибеллина Каструччо Кастракани становится ролевой моделью для развития цивилизации на сотни лет вперед. И хоть сегодня Фукуяма объявляет о конце истории, через безоговорочную победу ценностей Флоренции, мы видим, что средневековое наследие определяет наше бытие до сих пор.

Оставить комментарий