Chanson de geste

Об образе мыслей людей четырнадцатого века мы может, в частности, судить из тогдашней «живой литературы» — корпуса постоянно изменяющихся и дополняющихся рассказов о рыцарях, которые мы обобщенно называем chanson de geste (или песни о деяниях).
Например, очень интересен рассказ о братьях-близнецах. Один из них соблазнил жену аристократа, нанеся последнему таким образом смертельное оскорбление. Узнав о том, что его молодая жена с удовольствием проводит время с еще более молодым любовником, благородный синьор вызывает повесу на дуэль. Сам вызов уже показателен. Если твоя жена спит с кем-то благородным, ты не можешь ни просто убить их обоих (в средневековье смерть решала многие проблемы), ни проигнорировать случившееся.
Барон просто обязан вызвать прелюбодея на дуэль. Впрочем, как мы узнаем из дальнейшего развития сюжета, такой ход действий, в общем, не сулит рогоносцу никаких проблем, ведь, по сути, дуэль — это воздаяние за преступления. И руку обидчика бог стреножит, а руку обиженного, напротив, укрепит и направит.
В этом уверены все участники действа. Но соблазнитель не так уж и прост. У него есть брат-близнец, которого он до этого предусмотрительно не знакомил с красавицей (а то бы она могла возжелать двойных услад и утех).
Этот брат чист, как агнец и невинен как дитя (разумеется, в отдельно взятом эпизоде). И вот брат приходит на дуэль вместо греховодника, и объявляет о желании встретить судьбу.
Барон, конечно, доволен, ведь он не знает о подмене, и уверен в том, что бог направит его руку. Но бог видит все. И теперь он видит, что обиженный аристократ замыслил убить невиновного. Чистое дитя может пасть от руки агрессора. А, разумеется, бог решает исход дуэли по справедливости. Барона охватывает слабость, а подменный брат напротив ощущает прилив сил, и сражает врага.
Так жест отражает неколебимую уверенность людей средневековья в том, что дуэль не выясняет, что из спорящих лучше владеет оружием, а дает возможность богу решить возникший спор, в соответствии со своим абсолютным знанием. Разумеется, такая природа дуэлей куда благороднее, нежели просто состязание мастеров фехтования, однако, случаются казусы, вроде описанного.
Лишь спустя несколько столетий дух справедливости и благородства уходит из дуэлей, и они превращаются в забаву и причудливо оформленное убийство.

 

 

 

Оставить комментарий